На днях я наткнулась на очередную рецензию на «Анталию», которая заканчивается словами: «Конечно ... София Ларич – не Лев Толстой, а мадам Быстрова ... – не Анна Каренина, но читается легко и с интересом». И мне буквально стало обидно за Льва Николаевича. Кого с ним только ни сравнивали российские критики, взращенные советской системой образования! Он — извечное мерило писательского таланта, он — непоколебимая глыба, на которую надо равняться всем, хоть и меняется литература, хоть и стало уже давно писательство и издательство бизнесом, большой индустрией в стране с практически поголовной грамотностью (а не 10%, для которых писал Толстой).

И возможно, именно из-за этого советского подхода к литературе, из-за концепции, вдалбливаемой в голову с начальных классов, что книга должна нести только мудрое, доброе, вечное, многие читатели жалуются, что в книжных магазинах теперь продается одна только туфта.

Но попробуйте увидеть в книге продукт. Представьте ее колбасой или трусами. И зайдите теперь в книжный. Ну не славно ли, что у нас есть столько видов «колбасы» и «трусов»!

А будучи продуктом, книга должна давать покупателю не весьма размытое «мудрое, доброе, вечное», а удовлетворять конкретную его потребность, отвечать определенным его требованиям. Поэтому в книге сегодня важен не автор, не издательство, не талант, но тема. С помощью темы покупателя удовлетворить проще. Вам про жизнь менеджеров среднего звена? Вот, пожалуйста. Вам про гламурных сучек? Конечно, у нас есть. Вам про скинхедов в российской глубинке? На этой полке стоит. Тему продать легче. Тему можно предугадать, если следить за интересами общества. Тему можно заказать кому угодно, хоть сколько-нибудь умеющему писать, для нее не нужен талант (все равно никто не знает, что это такое).

И такой, на мой взгляд, виток развития проходит литература сейчас, в век Информации. Такой расклад выгоден издателю: темы меняются, а значит, можно зарабатывать и зарабатывать, и, в целом, удобен читателю: узнавать из книг об опыте других, получать из книги, в первую очередь, информацию, а уж потом (если повезет) — пищу для размышления и (если очень повезет) мудрое, доброе, вечное.